От непонимания ситуации власть начинает кричать: вы раскачиваете лодку, и нам всем будет плохо! И власть просит одну часть народа приструнить другую часть народа. Но лодка власти не касается лодки народа. Мы не в одной лодке.
Читать далее...
Самый тяжелый для меня момент – расставание не с ролью, а с судьбой персонажа. Выясняется, что, лишившись возможности проживать жизнь какого-либо героя на сцене, ты оказываешься еще теснее, еще интимнее связан с ним.
Читать далее...
Ты используешь на сцене все драматические и трагические ситуации своей жизни. Каждую секунду в тебе работает механизм, который фиксирует все, что происходит с тобой и с твоими близкими.
Читать далее...
Олег: Гомосексуалы наследуют Царствие небесное?
Священник: Это вопрос к Богу. Я, к счастью, не поставлен судьей.
Я вошла в кабинет. И увидела: сидит секретарша и грызет соленый огурец. Мне плюнули в душу. Она спросила: “Что вы хотите, девушка?” Я ответила: “Я ничего не хочу”.
Читать далее...
Я много лет сомневалась в том, что правильно выбрала профессию.
Читать далее...
Сталин знал все. Но не мог ничего поделать: военачальники были некачественные. Не выполняли его приказов.
Читать далее...